Усадьба Несвицкой

Сегодня мало кто из московских прохожих обратит внимание на густо пропыленные двухэтажные дома на Смоленской площади под № 30.

Разве что случайно заглянет в проем между ними и тогда уж наверняка остановится, может, даже зайдет в окруженный вековыми липами двор, где красуется настоящий дворец. В списках памятников русской архитектуры он известен как дом Несвицкой, городская усадьба, построенная в конце XVIII века знаменитым Матвеем Федоровичем Казаковым. 

До пожарная Москва да еще сам Казаков - как тут не поинтересоваться! После пожара 1812 года отстроить заново городские усадьбы, обставить их и украсить смогли немногие, лишь самые состоятельные. Остальным пришлось расстаться с родовыми гнездами. В права владения вступили новые хозяева, приобретшие капиталы на развитии промышленности. Топоры в вишневых садах начали стучать гораздо раньше, чем о них заговорили герои Чехова. Именно таким путем пришли в дом Несвицкой промышленники Рукавишниковы. Вот только были они далеко не такими людьми, какими их привыкли представлять. 

Конечно, капиталы наживались, и причем сказочные. Но, пожалуй, ни в одной стране их владельцы так много не думали над общественно полезным применением тех же средств. Капиталы Бахрушиных, Морозовых, Солдатенковых, Третьяковых, Остроуховых, Мамонтовых, сотен других промышленников и финансистов вкладывались и в городские больницы, и в учебные заведения, и в приюты для престарелых, библиотеки, театры, музеи. За наиболее просвещенными меценатами тянулись и те, кто думал о собственном престиже или тщеславии. Но так или иначе выигрывало общество, город, живые люди. 

Николай Васильевич Рукавишников успешно оканчивает Московский университет и ставит своей целью прийти на помощь "трудным" детям из самых бедных слоев населения. На свои средства он открывает в районе Старого Симонова начальную школу, где сам берется вести занятия. Результаты оказываются настолько обнадеживающими, что почти сразу у него возникает мысль открыть подобную школу и приют для малолетних подследственных или приговоренных к наказанию, использовав для этого собственную усадьбу на Смоленской площади.  

Здание Рукавишниковского приюта в 1913 году

Вновь построенные двухэтажные кирпичные корпуса окружают главный дом, где живет рукавишниковская семья. Там размещаются и некоторые преподаватели. Здесь же, в глубине двора, строится и дошедшая до наших дней скромная церковка Николая Чудотворца. 

Николай Васильевич отказывается от решеток на окнах, тюремных дверей и даже усиленного штата сторожей. По его идее, малолетних преступников должно удерживать в приюте убеждение в собственной пользе, доброе отношение воспитателей и те, пусть самые незамысловатые удобства, которых они были лишены в своей неудачно начавшейся жизни. 

Первое условие Рукавишникова - каждый из питомцев приюта (их предельный возраст определялся в 16 лет) должен был получить образование в объеме городского училища, иначе сказать, владеть грамотой, арифметикой, началами географии, истории, литературы, причем, именно литературе придавалось особенно большое значение. Не "пройти программу", а достучаться каждым словом до детской души - Николай Васильевич старательно подбирал учителей, способных на это чудо. Попасть в штат Рукавишниковского приюта было непросто - претендентов хватало, а уходить из него не уходил никто. 

Вместе с общеобразовательной программой ребята обязаны были обучаться ремеслам. Выбор последних отличался исключительной широтой и представляли их настоящие мастера своего дела. Сюда входили ремесла столярное, слесарно-кузнечное, токарное, сапожное, переплетное, футлярное, медно-паяльное, резчицкое и корзиночное. Как только ученические опыты становились достаточно удачными, их изделия поступали в продажу, причем каждая заработанная мальчишкой копейка откладывалась на его счет с тем, чтобы при выходе из приюта у каждого скапливалось некоторое количество собственных средств для начала самостоятельной и честной жизни. Только и это Рукавишникову представлялось недостаточным. От себя приют добавлял каждому своего рода выходное пособие на приобретение необходимых инструментов для ремесла и непременно несколько книг из произведений русских классиков: Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Тургенев. 

Всегда ли удавалось перевоспитание? Конечно, нет. И сознавая всю сложность возвращения в повседневную жизнь неимущего сироты или мальчишки, обремененного, как мы теперь говорим, неблагополучной семьей, Рукавишников организует Общество вспомоществования бывшим воспитанникам Рукавишниковского приюта. Оказавшиеся в тяжелых условиях былые питомцы дома на Смоленской площади, всегда могли рассчитывать на материальную и духовную поддержку, наконец, даже на ночлег под ставшей им родной кровлей. 

Николай Васильевич Рукавишников прожил очень недолгую жизнь, принадлежавшие ему средства завещал в пользу приюта. Приют с необходимым на его содержание капиталом был подарен городу Москве с единственным условием - чтобы представители семьи всегда оставались в числе его попечителей и могли постоянно поддерживать начатое дело своими средствами. 

В начале XX столетия в доме на Смоленской живет по 160 ребят, и 30 находится в особом подследственном отделении. Более того - Рукавишниковы отдают часть своего превосходного особняка по улице Герцена под отделение для девочек. 

И уж совсем необыкновенным для наших дней кажется то, что руководители Рукавишниковского приюта до конца его существования проводили в жизнь завет Николая Васильевича - не изолировать маленьких преступников от общей жизни. Для этого на богослужения в приютской церкви мог прийти каждый желающий, а таких оказывалось очень много. Да и совет приюта с годами начал включать крупнейших финансистов и промышленников, делившихся с ним своими доходами. В 1888 году в корпусе, построенном рядом с церковью, открылась Рукавишниковская бесплатная читальня для беднейших слоев населения. О том, какой популярностью она пользовалась, можно судить хотя бы по тому, что сегодняшняя Городская библиотека имени Гоголя на Никитском бульваре Москвы, обслуживает около 20 тысяч читателей, а рукавишниковская обслуживала в год около 80 тысяч, причем большинство из них составляли подростки и женщины. 

Приобщение детей к литературе, искусству в условия заключения, ограничения свободы представлялось особенно важным. Поэтому среди преподавателей музыки приюта можно найти артистов оркестра Большого театра, преподавателей Консерватории, лучших учителей пения. Вместо понятия престижности существовало куда более достойное понятие соучастия в добром деле. 

Перестраивается Москва. Несмотря на все усилия москвичей, стирается ее исторический облик. Архитекторы думают и над тем, чтобы снести все корпуса Рукавишниковского приюта, чтобы "раскрыть" казаковский дом. Но невольно возникает вопрос: что дороже нам - показ памятника или память о мудрой и терпеливой доброте наших предков? А что если восстановить весь ансамбль, вместе с мастерскими, библиотекой, церковью, вдохнуть в них новую жизнь, подивиться собственному прошлому и - поучиться у него. 

Автор: Менеджер
Отмена

Выбор подарка

Места по теме:

Гренок

Тамбов,Карла Маркса, 146

(4752) 49-35-21

grenok.com

#бар #тамбов #отдых #развлечение #гренок

0 голосов

Другие материалы этого автора:

Цикл интересные истории про неинтересные места. Московское метро, станция Текстильщики

Бесплатные знакомства на сайте Rulove:

Бесплатный сайт знакомств

Мини-отель в исторической части Санкт-Петербурга

Миниотель в исторической части Санкт-Петербурга